Долабелла определил себе заморские провинции - Страница 3
Обновлено 30.11.1999 00:00 Автор: Administrator 18.02.2010 12:34
| Индекс материала |
|---|
| Долабелла определил себе заморские провинции |
| Страница 2 |
| Страница 3 |
Они оба предпочитали возглашать о том, что претерпели, чем о том, чего удостоились. Несмотря на тщетное противодействие Цезаря,- одного против двоих,- возобновилось зло, при мер которому дал Сулла, проскрипции. Ничто в это время не было недостойнее того, что и Цезарь был вынужден кое-кого проскрибировать и кем-то был проскрибирован Цицерон. Преступление Антония заставило умолкнуть народный глас: никто не защитил жизнь того, кто на протяжении стольких лет защищал в общественной сферегосударство, а в частной - граждан. Но все это напрасно, Марк Антоний,- негодование, вырывающееся из глубины души и сердца, вынуждает меня выйти за установленные мною рамки труда: напрасно,- говорю Я,- и то, что ты назначил плату за божественные уста, и то, что ты отсек голову знаменитейшему человеку, и то, что подстрекал к убийству того, кто спас государство и был столь великим консулом.
Ты лишь похитил У Цицерона дни, которые он провел бы в беспокойстве, старость и жизнь более печальную при тебе, принцессе, чем смерть при тебе, триумвире. Ведь честь и славу его дел и слов ты не только не отнял, но, напротив, приумножил. Он живет и будет жить вечно в памяти всех зеков, пока пребудет нетронутым это мироздание, возникшее то ли случайно, то ли по провидению, то ли каким-то иным путем; мироздание, которое он, чуть ли не единственный из всех римлян, объял умом, охватил гением, осветил красноречием. И станет слава Цицерона спутницей своего века, и потомство будет восхищаться тем, что он написал против тебя, и возмущаться тем, что ты совершил против него, и скорее исчезнет в мире род человеческий, чем [его имя]. Участь всего этого времени никто не смог достойно оплакать, тем более никто не смог выразить словами. Однако примечательно следующее: наивысшей по отношению к проскрибированным была верность у жен, средняя - у отпущенников, кое-какая - у рабов, никакой - у сыновей.
Настолько трудно людям медлить с осуществлением надежд! Чтобы ни У кого не оставалось ничего святого, словно подстрекая к преступлению, Антоний проскрибировал своего дядю Л. Цезаря, а Лепид - брата Павла. И у Планка не было недостатка в дружеских связях, чтобы выпросить включение в проскрипционный список собственно брата Планка Плоция. Вот почему среди других насмешливых песен воинов, сопровождавших триумфальную колесницу Лепида и Планка, среди выкриков сограждан распевался и такой стишок: «Над германцами, не над галлами триумф двух консулов». Следует вернуться к детали, в свое время опущенной; ведь сама личность не позволяет оставить в тени совершенное ею.
В то время как Цезарь бился за верховную власть в жарком и жестоком Фарсальском сражении, Целий Руф, человек, очень напоминающий по красноречию и энергии Куриона, но в том и другом его превзошедший, и не менее изощренный негодяй, будучи к тому же не в состоянии довольствоваться своим умеренным [положением] - ведь его имущество уступало уму,- во время претуры выступил инициатором отмены долгов, и ни сенат, ни авторитет консулов его не остановили.