Отец его Г. Октавий
Обновлено 30.11.1999 00:00 Автор: Administrator 18.02.2010 12:34
Отец его Г. Октавий происходил хотя и не из патрицианской, но достаточно видной всаднической фамилии, - человек основательный, безупречный, честный, богатый. Он был избран претором наряду со знатнейшими людьми, занимая в списке первое место. Благодаря своему положению он женился на Атии, рожденной Юлией. После этой магистратуры получил по жребию Македонию и был провозглашен там императором, оттуда направился в Рим, чтобы выставить свою кандидатуру в консулы, но умер, оставив сына, еще носящего претексту. Его воспитал отчим Филипп, а Г. Цезарь полюбил Октавия как собственного сына и, когда ему исполнилось восемнадцать лет, взял его с собой на войну в Испанию и впоследствии также держал при себе и никогда не давал ему ни пользоваться другим гостеприимством, кроме своего, ни передвигаться в другой повозке и почтил его, еще мальчика, должностью понтифика. И после окончания гражданских войн послал его обучаться в Аполлонию, чтобы свободными науками и искусствами развить исключительное дарование юноши, а вскоре, замыслив войну с гетами и парфянами, вознамерился сделать его своим соратником.
Когда Октавию сообщили об убийстве двоюродного деда, центурионы ближайших легионов обещали ему военную помощь, равно как и своих подчиненных, а Саль Бидиен и Агриппа убеждали не отвергать ее. Он же, сшуша возвратиться Рим, узнал в Брундизии о положении дел, убийстве и завещании. Когда он приближался к Риму, ему навстречу выбежало множество друзей, а когда вступил в город, солнце над его головой засияло радугой, и создалось впечатление, что оно само возложило корону на голову великого мужа. Отчиму Филиппу и матери Атии не нравилось приобщение Октавия к вызывающей ненависть судьбе Цезаря, но спасительный для государства и всего круга земель рок признал его учредителем и хранителем римского имени.
Поэтому его божественная душа презрела человеческие советы и решила, что лучше с риском добиваться возвышенного, чем в безопасности - низкого, а относительно самой себя предпочла верить деду Цезарю, а не отчиму, полагая, что непозволительно считать себя недостойным 'Гого имени, достойным которого он казался Цезарю. Консул Антоний сначала принял Октавия высокомерно (но это было не презрение, а страх); допустив его в Помпеевы сады, он едва нашел время для беседы, а вскоре даже начал преступно возводить на Октавия обвинения, будто тот хотел его убить, что было постыдной ложью. В конце концов обнаружилась неистовая страсть консулов Антония и Долабеллы к незаконному владычеству. Антоний захватил семьсот миллионов сестерциев, оставленных Цезарем на хранение в храме Опы, записки Цезаря были искажены вымыслом и уступками прав гражданства - всему была назначена цена, ибо консул продавал государство.
Он же принял решение занять Галлию, предназначенную консулу-десигнату Д. Бруту в качестве провинции;