Судьба пожелала, чтобы таким был конец Брута
Обновлено 30.11.1999 00:00 Автор: Administrator 18.02.2010 12:34
| Индекс материала |
|---|
| Судьба пожелала, чтобы таким был конец Брута |
| Страница 2 |
| Страница 3 |
Судьба пожелала, чтобы таким был конец Брута на тридцать седьмом году его жизни, безупречного духом до того дня, когда единственный опрометчивый поступок лишил его всех доблестей. Касий был лучше как военачальник, Брут - как человек, из чего следует, что Брута предпочтительнее было иметь среди друзей, Кассия - бояться как врага. В одном было больше силы, в другом доблести. Стаций Мурк, который благодаря своему флоту и морским постам господствовал на море, вместе со всей доверенной ему частью войска и кораблями направился к Сексту Помпею, сыну Гн. Магна, который, возвращаясь из Испании, захватил Сицилию.
К нему из лагеря Брута, Италии и других стран стекались проскрибированные, которых судьба оградила от опасности, им угрожавшей. Обездоленным подходил любой предводитель, ведь судьба не предоставила выбора, но указала убежище, а тем, кто бежит от бури, и якорная стоянка кажется гаванью. Юноша этот - в науках невежда, варвар в спорах, в натиске скорый, в решеньях поспешный, в дружбе неверный,- в этом пропасть между отцом и сыном,- либертин своих либертинов, раб своих рабов, завидуя высшим, угождал низшим. Сенат, который тогда почти весь состоял из помпеянцев (после того как Антоний бежал из-под Мутины, а Кассию и Бруту были поручены заморские провинции), отозвал его из Испании, где Азиний Поллион после претуры вел против него успешные военные действия, восстановил его права на отцовское имущество и поставил во главе морского побережья. Тогда он, как было сказано, захватил Сицилию и, приняв в число своих воинов рабов и перебежчиков, набрал значительное число легионов.
С помощью отцовских либертинов Мены и Менекрата, командующих флотилиями, он навел страх морскими грабежами и разбоями и стал пользоваться награбленным для содержания себя и своего войска. И он не стеснялся пиратскими злодеяниями нарушать спокойствие на море, которое было освобождено от них оружием и военным искусством отца. После того как была сломлена партия Брута и Кассия, оставался некоторое время Антоний, перед тем как отправиться в заморские провинции. Цезарь вернулся в Италию, найдя ее более мятежной, чем предполагал. Ибо консул Л. Антоний, наделенный пороками своего брата, но лишенный доблестей, которые подчас проявлялись в Марке, набрал большое войско, обвинив Цезаря перед ветеранами и призвав к оружию тех, кто лишился земли при распределении участков после основания колоний.
С другой стороны, жена Антония Фульвия, в которой не было ничего женского, кроме тела, добавила ко всему этому вооруженный мятеж. Она избрала местом для войны Пренесте. Антоний, повсеместно разбитый силами Цезаря, ушел в Перузию. Планк, пособник Антония, более внушал Антонию надежду на помощь, чем ее оказывал.
Перузия была захвачена благодаря доблести и воинской удаче Цезаря. Антония он отпустил, не наказав. Жестокость по отношению к перузинцам объясняется скорее гневом воинов, чем волей полководца. Город был подожжен, но поджигателем оказался первый из жителей этого места по имени Македоник, который поджег свой дом и свое добро, пронзил себя мечом и бросился в огонь.