Переменив одежду и приняв облик
Обновлено 30.11.1999 00:00 Автор: Administrator 18.02.2010 12:34
Переменив одежду и приняв облик, не соответствующий его положению, Цезарь ночью бежал из города скорее от соучастников и прислужников Суллы, разыскивавших его, чтобы убить, чем от него самого. Позднее, будучи еще оцененным, он был захвачен пиратами и на протяжении всего времени, пока они его удерживали, вел себя так, что вызывал у них и страх и уважение одновременно. Никогда, ни днем, ни ночью (зачем же замалчивать то, что, пожалуй, является самым главным, но не может быть выражено многозначительными словами), он не снимал ни обуви, ни одежды, конечно, для того, чтобы изменением привычного облика не вызвать подозрения у тех, кто стерег его, не сводя с него глаз. Долго рассказывать, на что и сколько раз он дерзал и сколько его начинаний в испуге пресек магистрат римского народа, управлявший Азией. Приведем то, что доказывает, каким человеком предстояло ему стать в ближайшем будущем: едва ночь сменила день, в который он был выкуплен на общественные деньги городов (а до того он добился, чтобы пираты вернули городам заложников), как он, будучи частным лицом, повел собранный на скорую руку флот в то место, где находились пираты. Часть их флота он обратил в бегство, часть пустил ко дну, а несколько кораблей и множество людей захватил; радуясь этой ночной экспедиции, он с триумфом возвратился к своим и, отдав тех, кого захватил, под стражу, направился в Вифинию к проконсулу Юнку, ведь тот одновременно правил Азией,- чтобы Юнк распорядился о казни пленников; когда тот отказался это сделать, объяснив, что собирается продать пленников (ведь безделью сопутствует зависть), Цезарь с невероятной быстротой вернулся к морю и, прежде чем дошли какие-либо распоряжения проконсула относительно этого дела, распял на кресте всех, кого захватил. Едва введенный в жреческую должность,- ведь в свое отсутствие Цезарь был назначен понтификом вместо консуляра Котты (когда он был почти мальчиком, Марий и Цинна избрали его фламином Юпитера, но победа Суллы, объявившего все их распоряжения недействительными, отменила и это назначение), он поспешил в Италию и, чтобы его не заметили пираты, державшие тогда в своих руках все моря, а их враждебное отношение к себе он заслужил, пересек очень широкий залив Адриатического моря на четырехвесельном судне вместе с двумя друзьями и десятью рабами.
Заметив во время этого плавания, как ему показалось, пиратские корабли, он разделся и привязал к бедру кинжал, готовясь к любому повороту судьбы, но вскоре понял, что это обман зрения: издалека он принял деревья за мачты и реи. Остальные его деяния в Городе достаточно известны и не нуждаются в искусном изложении. Знаменитое обвинение Долабеллы и благожелательность граждан во время этого процесса, к Цезарю, а не как обычно к обвиняемому, и знаменитейшие политические споры с Кв. Катулом и другими самыми выдающимися людьми, и поражение Кв.
Катула, общепризнанного главы сената, еще до преторы домогавшегося должности великого понтифика, и во время пребывания в должности эдила восстановление, несмотря на сопротивление нобилитета, памятников Г. Марию, равно как возвращение гражданских прав детям проскрибированных, и удивительные по мужеству и рвению претура и квестура в Испании (а он был квестором под началом Антистия Вета, деда нынешнего Вета, консуляра и понтифика, отца двух консул яров и жрецов, человека настолько достойного, насколько может быть достойной человеческая честность). Во время этого консульства между ним, Гн. Помпеем и М. Крассом был заключен союз ради могущества, который оказался фатальным не только для Рима и мира, но в не меньшей степени для них самих, хотя и в разное время. Помпей поддерживал этот замысел, чтобы с помощью консула Цезаря наконец утвердить свои распоряжения в заморских провинциях, чему, как было сказано, многие противодействовали.
А Цезарь, со своей стороны, учитывал для себя то, что, уступив славе Помпея, он приумножит свою и, перенеся на него одного ненависть народа к их общей власти, укрепит свое собственное могущество. Красс держался за авторитет Помпея и силу Цезаря, поскольку один не мог добиться первого места. Связь между Цезарем и Помпеем была укреплена также браком, ведь Гн. Магн взял в жены дочь Цезаря. В это консульство Цезарь внес закон о разделении между плебеями Кампанского поля.